Анжелика Ремез, 25 октября 2026 года
Почему была закрыта юридическая фирма «Ремез, Печерей и партнеры»
Анжелика Ремез, 25 октября 2026 года
Почему была закрыта юридическая фирма «Ремез, Печерей и партнеры»

В этом материале я хочу дать развернутый ответ на этот вопрос, ведь понимаю, что со стороны вся ситуация выглядит очень странно. Ведь сегодня я рассказываю, какая у меня была успешная фирма, с классными клиентами, уникальная в своем роде, с роскошной системой ценообразования...

Тогда почему закрылась? Наверное, Ремез что-то нам «заливает» и на самом деле всё не так уж хорошо и было. Отвечаю на все эти обоснованные вопросы с некоторым историческим контекстом.

Это не просто статья, это анализ произошедшего, особенностей и ошибок. И так как материал подсвечивает неочевидные риски специализированной правовой практики, то может быть интересен тем, кто работает в своей юридической фирме или хочет её построить, так как подсвечивает неочевидные риски специализированной правовой практики.
Связь фирмы и основателя
Ральф Уолдо Эмерсон как-то сказал, что любая компания есть удлиненная тень её основателя. За период с 2005 по 2023, управляя своей юридической фирмой, я неоднократно убеждалась в верности данного изречения. Именно поэтому, чтобы ответить на вопрос публикации, для начала необходимо понимать качества и таланты самого основателя, неизбежно переносимые в работу бизнеса.

Организатор-конструктор — мой самый большой талант, с которым пришла в этот мир. Он заключается в том, что почти всегда (зная саму деятельность, конечно же) вижу кратчайший путь к желаемым результатам: раз, два, три и нужный финиш. Простраиваю шаги с наилучшими результатами в конце и наименьшими затратами ресурсов в процессе, что объясняет почему я так люблю работать с бизнесом и в бизнесе.

Примеры:
  • Неоднократно организовывала переезд офиса за один день с полной технической настройкой: в пятницу вечером клиенты приходили в один офис, где идет спокойный рабочий процесс, а в понедельник утром в другой, где также все настроено и люди спокойно работают (то же и про домашний переезд). Ноль стресса, только слаженные действия всех участвующих.
  • Я с удовольствием организовываю мероприятия! В одну систему собираю привлечение участников, перелеты и проживание, кейтеринг, аренду и оформление помещений, доставку и размещение материалов, технические трансляции или видео-запись и так далее. Все практикумы я собрала сама и проходили они на высшем уровне: в Томске, Москве, Калининграде, Воронеже, Барнауле и других городах.
Это примеры, в которых есть масштаб.

Также выстраивать административные процессы внутри фирмы было моим самым любимым делом: эффективное делопроизводство и документооборот, ценообразование, организационная и управленческая структура управления и подчинения, цепочки отношений с поставщиками и короткие цепочки привлечения клиентов... И обязательно мне важно всё это красиво оформить: папки, конверты, фирменные бланки, на которых выставляются счета или финансовые справки и так далее.

Таким образом, механизмы фирмы работали как часы, привлечение клиентов происходило легко, развитие бренда тоже... А что же юридическая практика?
Создание репутации в медицинском праве
Когда в 2014 году я сменила специализацию с корпоративной на медицинскую, информация в этом направлении была разорванной и хаотичной, направление только формировалось. Обучающие программы уже появлялись, но до краёв были наполнены теорией (впрочем, и сегодня мало что изменилось), а когда эта работа прямо сейчас должна приносить тебе заработок, нужны именно практические знания. Ведь и конкуренция почти отсутствовала, так что и подглядеть было не у кого.

Отдельно стоит рассказать, что произошло с командой при смене специализации. В жирные времена корпоративной деятельности штат фирмы насчитывал до 15 человек, включая управление, бухгалтерский, юридический и отдел по корпоративным регистрациям.
В процессе перехода на медицинскую специализацию стало понятно, что это направление требует исключительно 100% участия, поэтому я приняла рискованное решение отказаться от корпоративной практики. В течение 2015 года, постепенно, отдел за отделом, я обнулила фирму и осталась одна. В итоге эта ставка выиграла.
Итак, подходы в медицинском праве пришлось формировать по-своему и снова сработал талант находить самый короткий путь к желаемому. Я узнавала у председателей районных судов Томска какие дела слушаются по медицинской тематике и ходила на них слушателем, делала пометки, анализировала ходы сторон, сверялась с законодательной базой. Подкрепляла свои мысли и выводы регулярными постами в запрещенной сегодня синей социальной сети. Меньше чем за 2 года я стала одним из самых узнаваемых юристов России в этой специализации.

Если берёшься за что-то, делай не просто хорошо, а выводи на новую профессиональную высоту! Такое отношение у меня ко всему. И это не перфекционизм, это принцип жизни. Средненько просто не для меня.

В работу с клиентами я внедряла собственные документальные разработки, которые в октябре 2016 года преобразовала в методический материал и поехала с ним по России, организовывая однодневные очные практикумы для руководителей медицинского бизнеса. После одного из таких мероприятий в Москве (9 февраля 2017 года в Золотом кольце на Смоленской) у меня появились постоянные клиенты в столице, например, амбулаторная сеть «Клиники Чайка». К маю того же года я приняла решение о переезде, что далось легко, ведь всю основную практику на фирме я вела сама. В Томске фирма работала как отдельное подразделение до августа 2019 года с двумя правовыми помощниками, а на суды я летала лично.
В апреле 2018 года к «Ремез и партнеры» титулярной позицией присоединился эксперт качества в медицине, преподаватель кафедры судебной медицины Иван Олегович Печерей, с которым и сегодня у нас прекрасные отношения.
Это было стратегическое для фирмы объединение, так как Иван – профессионал, хорошо известный в российских медицинских кругах. В итоге, фамилия Ремез стала ассоциироваться с медициной, а Печерей стал ассоциироваться с практикоориентированной фирмой, что позволило Ивану выйти из репутации теоретического специалиста.

Это партнерство дало нам обоим ровно то, что мы от него хотели – нужный информационный ассоциативный фон, который сделал фирму хорошо узнаваемой в медицинском поле. На это пришли такие гиганты как АО «Медицина» академика Г.Е. Ройтберга, питерская «Скандинавия», международная сеть диализных клиник «Фрезениус» и другие.

Однако тут важно отметить, что Иван Олегович стал партнером без ангажемента, то есть без какого-либо участия в работе «Ремез, Печерей и партнеры». Безусловно, мы приглашали его периодически как консультанта в проекты, я информировала его о том, что происходит в бизнесе, но всё управление, финансы, кадры, развитие, выстраивание работы фирмы осталось только на мне. Это было исключительно титулярное, то есть именное репутационное партнерство.
Кризисы и кадры
За годы жизни фирма пережила несколько внешних и внутренних кризисов:
  • в 2008 году работала из дома с минимальными затратами, а клиентов находила, раздавая листовки возле налоговой. А затем мы шикарно поднялись на Федеральном законе № 312-ФЗ от 30.12.2008;
  • в 2014 года мы начали переход в медицинскую специализацию, где по итогу заняли лидирующие позиции в стране;
  • в 2017 году была организована релокация себя и фирмы из Томска в Москву с выстраиванием на новом месте всех организационных процессов, получив крупнейших клиентов в медицинском бизнесе России;
  • всем известный 2020 год под названием коронавирус и вовсе поднял фирму на новую высоту. Когда большинство юридических фирм встали, мы работали в режиме правовой реанимации, ибо медицина в то время пахала на максималках... и мы вместе с ней.

Это был год, за который мы не только выработали колоссальное количество часов, но и на заработанное с командой в 5 человек: переехали в лучший офис на Петровку 15с1, обновили фирменный стиль, запустили новый сайт, отметили 15-летие фирмы, обновили компьютеры и иной технический парк, а я разработала фиксированный прейскурант и ту самую систему расчета и управления ценами, которую сегодня продвигает Ремез Групп прайс-менеджмент.
А ещё к концу 2020 года, благодаря всё тому же таланту организатора, наконец, систематизировала всё медицинское право России и создала внутри фирмы структурное подразделение под названием Академия медицинского юриста с одной главной задачей –
взращивать собственные профессиональные кадры в нашей специализации, привлекая талантливых ребят, например, из МГЮА им. О.Е. Кутафина, где я тогда преподавала.

С готовыми кадрами на рынке оказалось очень грустно. Если уровень знаний всегда можно подтянуть, то сломать сложившиеся подходы к работе и людям, перевоспитать инертность мышления и действий – просто невозможно! Поэтому молодые, талантливые, амбициозные студенты ведущих юридических ВУЗов страны, у которых схожие с нами принципы, ценности и уровень природной клиентоориентированности, которых интересует медицина, приходили к нам и по программе Академии обучались правовой специализации, сразу закрепляя всё это на практике.

В декабре 2020 года мы любовались видом из окна офиса в центре Москвы, работали на новых компьютерах и принтерах, а финансовые запасы на расчетном счёте позволяли спокойно уйти на новогодние каникулы.
Как успешно работать с бизнес-клиентами
Особенности самих клиентов фирмы, среди которых, напомню, средний и крупный медицинский бизнес России, и мои подходы в работе с ними имеют непосредственное отношение к причинам закрытия фирмы.

Чем крупнее бизнес, независимо от сферы деятельности, тем он более требователен к своим поставщикам и подрядчикам. Осознавая свою мощь и устойчивость на рынке, такой бизнес вполне оправданно предъявляет к ним всё более жесткие требования, прогоняя выбор через «конкурсы красоты» (тендеры) и давление по условиям. Они выбирают работать с юридическими фирмами, потому что хотят быть уверенными в ресурсоёмкости поставщика услуг – команда юристов имеет приоритет перед одиноким волком, пусть и высокопрофессиональным.

Получив такого клиента, юридическая фирма, естественно, при его согласии на упоминание, стремительно приобретает серьёзную репутацию, на которую слетаются и другие идентичные клиенты. Поэтому так важно в процессе работы не просто оказывать юридическую помощь, но и удовлетворять высокие сервисные запросы бизнеса. Это вознаграждается высокими счетами за оказываемые услуги, увеличением их объема и гарантией продления отношений на новый срок.
«Ремез, Печерей и партнеры», получив таких клиентов, изо всех сил старалась удержать таких клиентов и реагировала на каждый новый вызов с их стороны. Простите, поправочка! Анжелика Ремез изо всех сил старалась удержать таких клиентов и реагировала на каждый новый вызов с их стороны.
Получать в клиенты многопрофильный медицинский бизнес России из рейтинга Вадемекум мне удавалось легко и с одной встречи. Сегодня называю это персонифицированными продажами.

Дело в том, что бизнес – сложносочинённый механизм, в котором всё между собой взаимосвязано и правовые решения должны хорошо встраиваться во внутренние процессы, отражать выстроенную бизнеса и не противоречить остальным бизнес-процессам.

Классическая юридическая школа готовит специалистов с риск-ориентированным мышлением, например, если на идею бизнеса в КоАП РФ найдётся штраф, то в риск-ориентированной модели юрист выдаст обоснованный ответ с запретом. Но бизнес есть система, где риск оправдывается прибылью, и только он позволяет ему развиваться, а запрещающие выпады со стороны юриста – красная тряпка для быка (хотя уже давно доказано, что быки реагируют не на цвет).
В свою очередь возможность-ориентированная модель юридического мышления работает по последовательной формуле: явные и скрытые риски + вероятность их наступления + варианты закрытия рисков.
В итоге тот же правовой ответ преобразуется примерно в такой вид: «Уважаемый Иван Иванович, идея развития, которую вы дали на правовую оценку имеете следующие риски (описываем статьи, суммы штрафов и пр.). На сегодняшний день в судебной и административной практике по этому основанию есть (или нет) практика применения. Вероятность того, что нарушение будет выявлено такое-то. Если вы примере решение принять эти риски и реализовать идею, то мы сможем поддержать вас в этом и защитить ваши интересы (читай подстелить соломки) следующими инструментами... Это позволит нам в случае привлечения к ответственности оперировать к снижению суммы штрафа и так далее».

Как видите, юрист защищает себя от негативных регрессных требований, ведь клиент был открыто предупрежден. Но самое главное, владелец бизнеса чувствует, что именно он принимает решения, с ним не спорят, но поддерживают и готовы подстраховать. Это формирует равное уважительное отношение к юристу, а не как к обслуживающему персоналу. И такое отношение строим именно мы с вами.
При знакомстве с владельцами я протягивала визитку и представлялась так: «Анжелика Ремез, управляющий партнер юридической фирмы. Я знаю, как надо оказывать юридические услуги, потому что понимаю работу медицинского бизнеса».
Это было то, что они так хотели услышать! Владельцы клиник очень устали от юридических услуг, внутри которых ничего нет кроме права. Однажды после такой самопрезентации основатель схватил меня за руку и переспросил: «Вы точно понимаете как работает медицинский бизнес?» Естественно, мы подписали контракт и эффективно работали всё время до закрытия.

И вот сейчас важно вспомнить описание моего таланта, с которого началась эта исповедальная статья. Его сочетание с возможность- и бизнес-ориентированным мышлением, базовым экономическим образованием, опытом в своем бизнесе и некоторого понимания организации здравоохранения быстро привели к созданию для медицинского бизнеса не просто юридических услуг, а к созданию эффективных правовых решений, которые встраивались в процессы и поддерживали устойчивость всех внутренних и внешних связей.
И главное, я давала бизнесу понимание в какой объем ресурсных затрат (время, финансы) ему обойдутся эти решения, окупятся ли они и когда. Всё! Формула успеха отношений с клиентами в действии.
Зарегистрированный слоган моей фирмы, который я лично создала в начале 2018 года.

В него заложен весь смысл деятельности: целевая аудитория - медицинский бизнес, что создаем - правовые решения, то есть юристы, создающие выходы, а не обсуждения, и какие эти решения для клиентов.
И вот сейчас важно вспомнить описание моего таланта, с которого началась эта исповедальная статья. С одной стороны такое сочетание опыта и мышления – абсолютное преимущество в работе с бизнес-клиентами, с другой – ловушка, в которую как раз и попала моя фирма.

Если привлечение клиентов происходит на уникальные качества конкретного специалиста и оказание услуг с его участием постоянно подтверждает эти качества, то и удержание клиентов в фирме при таком раскладе происходит только при одном условии – при наличии этого специалиста. И если вдруг что-то с ним происходит, а в фирме не появляется за это время достойного по качеству мышления преемника или партнера, лояльность клиентов к фирме улетучивается так же быстро, как и пар из приоткрытой банной двери.
Истинное положение дел
Реальность дел на фирме на начало 2021 года я осознала лишь спустя пару лет после её закрытия. На тот момент, находясь внутри процессов, проблем и каждодневных задач, словно в беличьем колесе, увидеть это было почти невозможно. Поэтому первый совет, который я дала бы себе еще в 2014 году – часто и хорошо отдыхать, с физической и моральной перезагрузкой, путешествовать. А сейчас честный и объективный анализ состояния фирмы на тот момент.
Клиенты и репутация
Текущие клиенты сохраняют лояльность, рост задач и финансирования растет, а значит растет и моя личная нагрузка. Работать по 14-16 часов в сутки становится для меня болезненной нормой, усталость запредельная и я останавливаю привлечение новых клиентов.
Кадровые ресурсы
Скорость роста клиентов и задач от них сильно превышала скорость роста профессионализма нашей молодой команды. Поэтому вся основная правовая нагрузка всё еще лежала на мне.
К этому времени самый большой опыт юриста в фирме составлял всего 1 год, этого хватало на ряд условно стандартизированных дел и помощь в основных. Программа Академии медицинского юриста только начала свою работу и весь цикл её прохождения занимал около 2-х лет.

Рынок мечтает о новых клиентах, а меня только одна мысль об этом загоняла в депрессию. Отчетливо понимала, что я уже выгорела, поставить кого-либо на моё место нет возможности, а принятые обязательства и построенная репутация не позволяли остановиться.

И вот она отрезвляющая правда, о которой уже говорила выше – когда фирма держится на компетенциях ключевого специалиста, тем более основателя, то вся конструкция рухнет в тот же момент, как только с ним что-то произойдет. Тогда на самом деле это не фирма, это механизмы и процессы вокруг одного специалиста.
В рамках решения этой задачи в середине 2021 года я выходила с предложением об объединении с ещё одним профи по нашей теме. Договориться не удалось, так как для неё собственный бренд оказался такой же высокой ценностью, как и мой для меня.
При закрытии фирмы именно ей я передала наших клиентов, потому что это один из самых уважаемых мной, профессиональных и ответственных представителей нашего дела. Уже потом, тёплым, слегка дождливым, летним вечером 2025, когда мы приятельски прогуливались где-то на Бауманской, она посмотрела на меня и произнесла: «Я понимаю, что на всех скоростях лечу в ту же бездну, куда когда-то прилетела ты». Это одни из самых грустных слов от коллег, которые я когда-либо слышала.
Финансы и внутренние процессы
Несколько лет до этого мы работали в почасовой системе расчетов и сбором стоимости проектов никто не занимался кроме меня. Это самое страшное, что я вспоминаю за всю историю цен в моей фирме. Но в феврале 2021 года после нескольких месяцев разработки, была внедрена прейскурантная система расчетов, в основе которой лежал расчет базовой стоимости юридического часа по правовым позициям: партнер, старший юрист, юрист, младший юрист, помощник.

Наконец-то, я создала и внедрила в работу такую систему сбора цен, в которой мне самой больше не нужно было участвовать. Сбылась моя мечта! Теперь юристы собирали план работы, а финансовый менеджер финансовые справки, счета и акты, которые мне оставалось только подписать. Сегодня я называю 2021-й «золотым финансовым годом», ведь только за счет ценообразования выручка фирмы выросла на 20,83% по сравнению с 2020.
«Смерть» главного специалиста
До того момента, когда мне поставили юридическое выгорание 4-й стадии (невозвратной в профессию), оставалось всего несколько недель. Но уже в первые рабочие дни 2021 года я чувствовала, что силы закончились и моя роль в медицинском праве, как юриста-практика, сыграна. Я навела порядок в медицинском праве, собрала его в систему из десяти разделов, но дальше крутиться в нём белочкой больше не могу.

Физически я восстановилась достаточно быстро, но эмоционально было уже поздно. Может из-за грядущего тогда 40-летия, может по причине усталости, но я все чаще задавалась вопросом «Хочу ли дальше идти этим путем?» и откровенно отвечала себе, что «Нет, не хочу». Как минимум потому, что этот путь привел меня в это состояние, а так быть не должно.
За год до этих событий один коллега в разговоре произнес такую фразу: «Ты имеешь право внести любые изменения в фирму, ты имеешь право даже закрыть ее». В смысле закрыть? Зачем? А что, так можно было?
Удивительно, но поставив свое дело или профессию на рельсы, мы даже не допускаем мысли, что имеем право его закрыть и пойти другим путем, ни у кого не спрашивая разрешения или даже мнения (главное никого не «кидать» и довести все проекты и обязательства). Даже финансовый аспект далеко не всегда имеет существенное значение, по крайне мере для меня.
Решение оставить практику
Первым о моем решении завершить юридическую практику, естественно, стал Печерей. Сейчас важно вспомнить, что наше партнёрство было титулярным и Иван Олегович не участвовал ни в работе фирмы, ни в её управлении. Я предложила вместе развивать Академию медицинского юриста и создать практикоориентированные программы подготовки специалистов. Через пару недель после этого он принял решение о выходе из партнёрства, от участия в Академии отказался.
Как на мое решение отреагировали клиенты?
Как на мое решение отреагировали клиенты?

Помните, я описывала выше наших клиентов и лояльность ко мне как специалисту, которой, кстати говоря, я тогда очень гордилась? Когда я вышла на разговор с клиентами о моем потенциальном выходе из юридической практики

Уникальный подход и мышление, который на рынке никто больше не дает
Почему управление юристами это все равно практика, поэтому для меня не вариант оказался
Как вывод, сохранение фирмы без клиентов никому не нужно
Да и моя фамилия на стене - это моя репутация, которой дорожу

И вот она отрезвляющая правда - когда фирма держится на компетенциях ключевого специалиста, тем более основателя, вся конструкция рухнет в тот же момент как только с этим специалистом что-то произойдет. Тогда это не фирма на самом деле, это механизмы и процессы вокруг одного. К сожалению, за годы поисков я не встретила такого партнера, который обладал бы идентичным возможность-ориентированным мышлением и забрал на себя практическую правовую часть.

И важно понимать, что для меня вести дела с высоким уровнем этики и с индивидуальным подходом гораздо важнее, чем просто зарабатывать деньги. В моем деле всегда была и будет иная ценность - ... Поэтому поступиться ими нельзя

Как бы я поступила сейчас
Попытка сохранить фирму
Приход специалиста из фонда, которого клиенты приняли, подумала вот он - партнер на практическую часть
Как мы закончили 2021, золотой год фирмы
Февраль 2022 года
Снова прием на себя практики и роспуск команды в августе - начало закрытия.
Процесс закрытия
Почему реорганизация, а не ликвидация
Организационные процессы завершения всех дел
Кадры
Клиенты: перевод на ИП или завершение дел на ООО
Поставщики, офис, сверки
Налоговая, фонды, сверки
Материальные активы
Нематериальные активы, товарный знак
Послесловие
Жалею ли о случившемся?

Недавно я узнала, что в основатели некоторых крупных и давно работающих юридических фирмах, чья фамилия в названии, стали понимать проблему того, кому передать фирму после себя. Они понимают, что

Может фирма может жить очень долго, только если её название будет сменяться вместе со сменой старших именных партнеров как в сериале Форс-мажоры?

Куда ЗКС упомянуть?